Советская эпоха подходила к концу, а танкистам требовалась универсальная боевая машина. И на УВЗ такую успешно создали. Но из-за чего она не пошла в серию и почему обещания Ельцина не спасли танк будущего?
К середине 80-х стало ясно, что «разносортица» в виде состоящих на вооружении сразу трёх ОБТ, близких по характеристикам и боевым возможностям — не дело. А потому было принято решение о разработке танка будущего — единой платформы, которая постепенно должна заменить все остальные танки.
А так как Т-80УД как раз вставал на конвейер на харьковском заводе, который был предназначен для создания новых моделей танков, то дизельная «восьмидесятка» и была выбрана в качестве платформы будущего.
Ситуация складывалась парадоксальная, ведь основой танкового парка СССР был дешёвый и массовый Т-72, который имел куда более рациональную компоновку, чем Т-64 и унаследовавший от него боевое отделение (со всеми его недостатками) Т-80. Да и по технологичности Т-72 не имел равных. Но считался «устаревшим» военным руководством страны.
Вот только всё «устаревание» Т-72 было продиктовано решениями «сверху». Танк просто не получал современных обновлений — всё доставались «тепличному» Т-64 и революционному, но дорогому и не очень массовому Т-80. Но, как говорится, нет худа без добра.
Появление Т-80У задало новую планку в танкостроении, а создание нового танка и замена им уже существующих — процесс долгий. Потому было принято решение модернизировать имеющийся парк Т-72 до уровня омской «восьмидесятки». На УВЗ дожидаться команд сверху не стали и уже имели готовый проект — «Объект 188». Он являлся глубокой, но дешёвой модернизацией. Однако, о ней мы расскажем в следующей серии.
Ведь на УВЗ вскоре «прилетел» новый приказ, в котором говорилось о необходимости глубокой модернизации не только защиты и вооружения, но ещё и самой базы. То есть, потребовали куда более глубокой модернизации.
В Нижем Тагиле не растерялись и предложили «Объект 187». Разработанный на базе Т-72, он радикально от него отличался. Уральцы создали универсальное моторно-трансмиссионное отделение, позволяющее поставить на танк как любые из уже имеющихся двигателей и трансмиссий, так и экспериментальные. Была переработана и удлинена передняя часть корпуса: место мехвода оказалось в глубине, а шахты приборов наведения выводились через крышу. Эта мера позволила разместить лишенную ослабленных зон верхнюю лобовую деталь под более рациональным углом, что заметно усилило защищенность танка. Заодно встроили динамическую защиту.
Разработали для «Объекта» и новое орудие – 125-миллиметровую гладкоствольную пушку 2А66, параллельно с которой создали и новые снаряды. Энергия 2А66 по сравнению с 2А46 увеличилась настолько, что потребовалась установка дульного тормоза, а вот длина ствола не изменилась. Дополнялось всё это новейшей системой управления огнём. Была создана и новая сварная башня, куда более защищённая. Обстрел танка показал беспрецедентную живучесть и стойкость ко всем ПТУР того времени.
Но появился «Объект 187», для которого даже зарезервировали имя «Т-90», в неудачное время: СССР распался, а денег не хватало. Ельцин, сам выходец с Урала, пообещал спасти проект и выделить необходимое финансирование. Было построено и испытано 6 прототипов, каждый со своими особенностями. На них опробовали и экспериментальные двигатели. Танк получался крайне удачным и перспективным, но...
Обещания Ельцина оказались пустым звуком, а военная верхушка до сих пор надеялась на разработки уже ставшего иностранным завода в Харькове. «Объект 187» так и не стал Т-90. Но и «Объект 188» на УВЗ не забросили, продолжая доводить и совершенствовать его. А что из этого вышло — узнаете из следующей, заключительной части нашего сериала. Ну а пока ставьте , если ждёте финала!
