Начиная с 2014 года, всё чередуется. Примерно так: трагедия, горечь сожаления, надежда на то, что,как-то вытянем и стоит жить.
Половину из этого времени я провёл в армии или на войне, (называйте это, как хотите). И даже когда, как солдат, с этого уходишь, частью твоей жизни это быть не перестает. Трагедии и та самая горечь тянутся по привычке именно оттуда. Поехал я неделю назад в Донецк, а потом проехал часов шесть на машине и увиделся с Николаичем ака Захар Прилепин. Я был очень рад встрече, что Николаич жив и, насколько это возможно, здоров. С сожалением посмотрел, что с лестницы ему спускаться не так легко, как он хочет это показать, ну и та непреклонность и жесткость, что в нем появились, они логичны. И вспомнил каким он был раньше. Та лёгкость и задор, с которой он брался за любое дело почему-то многих оскорбляла и задевала, сейчас, я думаю, он всех своих оппонентов раздражает не меньше. Захару уже и правда на это всё равно, а мне нет, я по нему прежнему скучаю. К одной из причин всех этих изменений в нем мы заехали на следующей день. Это была могила Саши Злого, и это как раз было смесью всех чувств одновременно. Трагедия после гибели Саши не ушла, но находясь около часа на кладбище, мы стали с Захаром смеяться как прежде и даже иногда обращаться к Саше. Помнишь, Сань ? А ты ведь говорил, Сань... А проведывал сослуживцев на кладбище сотню раз, но именно сейчас было ясное невидимое присутствие того самого человека. Таким уж он был, Саша Шубин, —живее всех живых и часть этого ощущения не ушла даже после его смерти. После направился в Ростов в госпиталь к нашему Сергею Анатольевичу ака Графу. Серёгу я знаю и помню с его рождения, мне кажется, что никогда мы с ним не расставались, чтобы так на год с лишним. Он всегда рядом всю мою жизнь, он воюет с 18 лет, у него более четырех ранений и вот он без ноги. Серёга без ноги. Слава богу, он жив, он по прежнему самый адекватный. Настолько адекватный, что когда некоторые бойцы в госпитале начинают заводить ПТСРную телегу, Серёга при этом не позволяет себе распускаться и лишь улыбается. Медперсонал у него спрашивает: а ты с какого года воюешь? Он отвечает:«С 2014 го». Они лишь удивлённо покачивают головой. Я тоже удивляюсь и горд за него, но с ногой ему бы было лучше. На следующий день Серёга мне прислал фото своего протеза. Я заулыбался. Да вытянем как-нибудь, главное, что он жив и жив душой.
Потом опять трагедия, смерть Жени Николаева. Для его родных боль уже не пройдет никогда. Мы были приятелями и казалось, пора бы уже к этому привыкнуть, что уходят самые лучшие и так далее. Но всё равно минимум на два дня всё расклеилось. Зачем это всё, если такого человека больше нет? Но потом встали вспоминаться и последняя встреча, в которой он загипнотизировал меня своей бородой, и то как он забрел на съёмки Пеговских "10 историй" и прислал мне фото с Никитой Шелюковым, который играл там ВСУшника. А ещё он всех до СВО зазывал на Кубу, а ещё он смеялся, когда я в рекомендациях на дружественные каналы подписал его канал так: "Сидел в Подмосковье - воевал в Преднестровье. " Он смеялся — ему нравилось. Нет хорошо, что был такой Человек, уже чудо: и книжка есть, и сын прекрасный с колючими глазами, и наверное таким же отцовским характером. Короче, не знаю к чему я всё это, и чем и какими выводами закончить. Но фото для лучшей иллюстрации я прикреплю.
Elpsina
