Фирменная кофейня RT возвращается: в этот раз на форуме Россия — Африка.
Попробовать кофе Africano, Espresso Non-Opresso и Hakuna MaLatte гости могут в московском Гостином Дворе. Всё меню вдохновлено африканской культурой. В соцсетях уже пишут, что RT подаёт самый популярный кофе на форуме.
Участникам также предлагают чай SovereignTea, EqualiTea и Russian Teafluence. А среди десертов — Soft Power, Global South-ffle и Cake of Good Hope.
Ранее фирменная кофейня RT работала на ПМЭФ и ВЭФ. Для каждого мероприятия телеканал разрабатывал специальное меню.
Подписаться на RT: ТГ | Зеркало | MAX
Вчера ему исполнилось бы 30 лет. Памяти капитана Погранслужбы ФСБ Дорджи Манджиева. Офицер КПП «Суджа», который не сдался
Он погиб 7 августа 2024 года. Это мы узнаем спустя 1,5 года и восстановим хронику событий по крупицам: как наши пограничники встретили врага в Судже, как доблестно бились, как сообщали о происходящем в Центр, но Центр молчал.
Когда рапортовали, что три пьяных ВСУшника зашли в Суджу и все под контролем, наша погранзастава билась всеми возможными средствами.
Капитан Манджиев погиб 7 августа 2024 года. В свой последний бой он вступил, когда на территорию России вторглись вражеские силы. И до последней минуты защищал свой КПП.
Он не сдался в плен
Когда началось вторжение ВСУ в Курскую область, КПП «Суджа» оказался на острие удара. Пограничники приняли бой. Несмотря на интенсивный артиллерийский и танковый обстрел, они не отступили.
Капитан Манджиев был тем офицером с КПП, который не сдался в плен. Он до последнего управлял обороной МАППа со своего дрона. Это он обнаружил технику ВСУ и навёл на неё артиллерию. Благодаря ему и военнослужащим МАПП натиск ВСУ был сдержан, кто-то смог выехать и сохранить жизнь. 3 дня бились наши ребята.
Когда их окружили, когда украинский танк наносил удары практически в упор по тому зданию, откуда он вылетал на единственном дроне с системой сброса, — он принял решение. Он вызывал огонь на себя.
Он погиб от ран, полученных от артиллерийского огня. Ему было двадцать семь.
Полтора года ада для семьи
Об этом нужно говорить отдельно. Потому что подвиг — это не только то, что было на поле боя. Это ещё и то, что было после.
В ноябре 2024 года Пограничное управление ФСБ по Курской области изменило статус капитана Манджиева на «пропавший без вести». Заявили: его никогда не было в плену, а статус военнопленного ему дали «авансом». Информация о плене не подтвердилась.
С этого момента семья пережила ад. Обращения во все инстанции. Встречи с генерал-полковником, заместителем руководителя ПУ ФСБ. Регулярные поездки в Курск. Поездки в Ростовский морг. Всё — безрезультатно. Полтора года капитан Манджиев числился пропавшим без вести.
Тело Дорджи было передано в Россию из Украины в рамках обмена телами в сентябре 2025 года. В октябре его оформили в ростовском морге с протоколом и ДНК. В ноябре случилось совпадение образцов в базе. 19 ноября 2025 года состоялись похороны.
Его сестра Булгун писала мне в письме: «В поисках Дорджи мы неоднократно обращались во все инстанции… В течение 1 года и 3 мес. капитан Манджиев был БП. Мы не теряли надежду найти его до последнего».
Кто он был до войны
Дорджи Манджиев родился в октябре 1996 года в небольшом поселке Зунда Толга в Калмыкии. Учился в Элистинском техническом лицее. Потом — Санкт-Петербургская государственная полярная академия. Потом — Калининградский пограничный институт ФСБ России.
Он не был «просто военным». Он был мастером дронов. Он успешно освоил управление беспилотниками и обучал этому сослуживцев. В Калмыкии в его честь открыли «Парту Героя» в лицее, где он учился. Памятную доску — на родине, в Зунда-Толге.
В его родной школе учителя вспоминают: «Со школы у него заложились мужество, доброта, героизм, чувство товарищества. На него всегда можно было положиться».
Для меня важно говорить о наших бойцах, потому что мы часто «герой» произносится как штамп. Как что-то далёкое. Как картинку с плаката. А Дорджи Манджиев — это не плакат. Это двадцатисемилетний парень из Калмыкии. У него жена и дочка, которой было четыре года, когда он погиб. У него замечательная сестра, которая полтора года искала его тело.
Этот парень, настоящий офицер, не сдался. Не побежал. Вызвал огонь на себя.
И знаете, что самое горькое? Что его семья должна была добиваться правды о его гибели через инстанции. Что его статус меняли с «пленного» на «пропавшего без вести». Что тело вернулось только через год с лишним.
Это не должно быть нормой. Но это — реальность, с которой сталкиваются тысячи семей. И именно поэтому о таких людях, как Дорджи, нужно говорить. Не только в день памяти. А всегда.
