Каждое утро по дороге на работу я прохожу мимо старого дома в переулке Газетном, 70/74. Если подойти к этому зданию с Пушкинской, то увидишь подвал, на двери которого напечатанная на принтере вывеска — «Благотворительный детский магазин». Я решила выяснить, что скрывается за этой надписью...
Разыскать хозяина магазина помог интернет. Им оказался негосударственный благотворительный детский фонд имени Великой княгини Елизаветы Фёдоровны Романовой (кстати, расположенный в этом же здании). Я позвонила президенту фонда Нине ШЕВЧЕНКО. «Мы бы были рады поделиться нашим опытом создания подобных организаций, — рассказала она. — Ведь многие хотели бы помогать малоимущим, но просто не знают как. Приходите посмотрите...»
Бедные ищут бренды?
И я отправилась в магазин. Нужно сказать, что он работает два раза в неделю по полдня. Клиенты об этом знают, поэтому приезжают заранее. Я тоже пришла за несколько минут до открытия и пристроилась в хвост небольшой очереди. Ровно в два часа железные двери распахнулись, и по каменным ступеням мы спустились в прохладный подвал. На минуту мне показалось, что я попала в музей Времени.
На разномастных полках и полочках соседствовали советские ботиночки (ровно такие я носила в своём детстве) и усыпанные стразами розовые кеды; фетровая шляпа и «золотые» заколки из 90-х; набор формочек для печенья из 80-х и модные нынче китайские тарелки. В стопках одежды я нашла новенькие хлопковые рубашки с этикетками «Ростовская швейная фабрика, 1998 год». Как рассказали мне хозяева магазина, эти сорочки (в идеальном состоянии) им привезли родственники ростовской предпринимательницы. Коммерсантка умерла, а тюки нераспроданных товаров остались.
— А что разбирают?
— Всё очень субъективно. Но в последнее время заметила тенденцию, которая меня огорчает, — рассказала сотрудница фонда Валентина МАНЭССИ. — У нас в Ростове достаточно богатых людей. Они приносят хорошие, дорогие вещи. К примеру, относили сезон ботинки «Дольче и Габбана» и отдают их нам. Так вот наши подопечные ищут бренды.
— Бедные ищут бренды?
— Не все. Но таких немало. Приходят каждую неделю и ищут. Мир изменился... Но бывает и наоборот: очень скромно одетые люди стесняются даже примерить вещь. Тогда я прихожу на помощь.
Талисман
Мишка, которого держит Нина Шевченко (на фото), — талисман фонда имени Великой княгини Елизаветы Фёдоровны Романовой. Двадцать лет назад его принёс сюда шестилетний мальчик. Мишка был его любимой игрушкой, но перед школой малыш решил подарить его нуждающемуся в плюшевом друге ребёнку. Однако, придя в фонд, мальчик расплакался. Тогда Нина Сергеевна предложила не отдавать мишку в чужие руки, а оставить здесь. «Как только ты захочешь его забрать или просто повидаться с ним, приходи. Он всегда будет тебя ждать...»
Парень вырос, окончил институт, уехал в другой город. И каково же было его удивление, когда он узнал, что его плюшевый друг всё так же живёт в фонде.
— Однажды мишку украли, — посетовала Нина Шевченко. — Но я нашла воришку и забрала наш талисман. Ведь эта игрушка согревает нам душу, напоминая о доброте и искренности мальчика.
Цена подарков
Пока мы беседовали, я заметила, что все входящие показывали Валентине цветные открытки с печатью фонда. На них были написаны фамилия покупателя и количество детей в семье. Эти «членские книжки» позволяют сотрудникам магазина отслеживать, сколько товара нужно семье.
— Почему вы ввели такую систему?
— Потому что нередко бывает, что у женщины девочки, а она набирает одежду для мальчиков. Или у неё двое малышей, а она берёт вещи на старшеклассников. Зачем? Догадаться несложно.
— Продаёт?
— Не удивляйтесь, — к нашему разговору присоединилась президент фонда Нина ШЕВЧЕНКО. — Тут мы ещё не такое видим. Мир, действительно, очень изменился. И иногда, делая благое дело, начинаешь задумываться, как сделать так, чтоб оно не развращало душу.
— ?
— Некоторых мам этот поиск бесплатных вещей затягивает. Они знают все организации города, которые помогают бедным, и ходят туда как на работу. Развивается охотничий азарт. Он и развращает душу. Невольно мы становимся к этому причастны. Вот и стараемся контролировать выдачу вещей...
Пока мы беседовали, мама с девочкой-школьницей примерили несколько курток, выбрали джинсы, пару маек. А кода засобирались уходить, Нина Сергеевна протянула им журнал и попросила: «Оцените, на какую сумму вы облегчили ваши возможные расходы». Женщина написала: 1000 рублей; поблагодарила и вышла.
— Этот воспитательный момент мы ввели после того, как стали наблюдать тенденцию потребительского отношения к нашим подаркам, да и к нам в целом, — объяснила президент фонда. — Люди приходили раз, другой, третий, а потом мы стали слышать: вы нам должны, это ваша работа. А мы ведь это делаем по своей инициативе, никто нас сюда на службу не назначал. Многим нашим подопечным очень сложно переступить через ещё один психологический барьер: они думают, что если мы работаем с хорошими вещами, то самое лучшее забираем себе. И нам это, конечно, неприятно.
Наверное, именно поэтому работники в магазине не задерживаются. Несколько месяцев, полгода — и всё. Дольше всех продержалась заслуженный врач на пенсии. Она одна вырастила троих детей, работала на двух работах. Поэтому слышать от сибаритствующих мам: «тебе надо, ты и паши» ей было тяжело.
Грязное и рваное — на свалку
В маленьком подвальном помещении прибавилось посетителей. И мы решили переместиться в кабинет президента. Апартаменты Нины Шевченко выглядели, скорее, как подсобка того же магазина — бесконечные тюки, игрушки, книжки...
— Это мы собрали помощь для области, — рассказывала Нина Сергеевна. — А это для украинского Донецка. Вот думаем, как им это всё передать...
Негосударственному благотворительному детскому фонду имени Великой княгини Елизаветы Фёдоровны Романовой 22 года. А магазину 8 лет.
Идею его создания подбросила сама жизнь — в одном здании с фондом был Красный Крест. И люди, приходившие туда, часто обращались в фонд за помощью.
— В начале двухтысячных многие организовывали свой бизнес, и он прогорал. Так случилось и с моей знакомой, которая привезла к нам в фонд целый тюк с новыми свитерами. И мы стали распространять их среди малоимущих мам. Потом выделили для вещей комнатку, взяли в пенсионном фонде адреса многодетных и разослали им приглашения, — вспоминает Нина Шевченко. — Ну а дальше заработало сарафанное радио...
— Всех принимаете в свой клуб покупателей?
— Нет. Поначалу ко мне приходили мамы в норковых шубах. Я открыто говорила им, что на малоимущих они не похожи, и отправляла восвояси. Сейчас введена форма членства для постоянных посетителей. Они платят символические деньги — 50 рублей в год. Условия пользования услугами магазина остались прежние: наличие детей и справка о малообеспеченности семьи от органов местного самоуправления.
— А если состоятельные люди захотят принести вещи?
— Мы будем только рады. Но есть одно условие: все вещи должны быть выстиранные и в хорошем состоянии. Говорю об этом потому, что привозят и слежавшуюся одежду с плесенью, грязную с дырками и так далее. Такую «помощь» лучше сразу отвезти на свалку. Кстати, помочь можно и перечислив деньги. Мы рады любому участию. Главное, чтобы оно шло от сердца.
Если вы хотите отдать детские вещи, обращайтесь по адресу: г. Ростов-на-Дону, пер. Газетный, 70/74. Телефон (863) 240-43-38. Электронная почта: fond-elizaveti@rambler.ru, Elizavet50@yandex.ru.
Финансовую помощь можно оказать, перечислив средства на банковский счёт:
Получатель: Негосударственный благотворительный детский фонд имени Великой княгини Елизаветы Фёдоровны Романовой
ИНН 6163021745, КПП 616301001
Банк: Ростовский филиал ОАО «Банк Москвы» г. Ростов-на-Дону
БИК 046015991
№ счёта 40703810900230000037
К/с 30101810900000000991
Фото автора и Василия Редько
