К умирающему старику в маленькую тёмную келью пришёл человек, которого знала вся Россия. Иоанн Кронштадтский — священник, перед которым стояли в очередях тысячи. Он входит. На голой скамье лежит старик в крестьянской одежде. Без сана. Без пострига. Бывший грузчик из порта. Это Таганрог, 1879 год.
Иоанн Кронштадтский останавливается и говорит: — Здравствуй, столпе от земли до неба.
Старик открывает глаза: — Здравствуй и ты, солнце от запада на восток.
Через несколько дней старик умер. В ту же ночь протоиерей, который при его жизни его недолюбливал и гнал из храма, увидел во сне ангелов, несущих чью-то душу с пением. Спросил: чья? Услышал: Павла Павловича. Наутро вышел к пастве и сказал при всём народе: я грешен. Я гнал святого.
Кто был этот человек? Дворянин, который отпустил сотни крепостных на волю — за сорок четыре года до официальной отмены крепостного права. Десять лет ходил пешком по монастырям от Соловков до Почаева.
Потом осел в Таганроге, нанялся грузчиком в порт и прожил там до самой смерти среди простых людей. Говорил на малороссийском наречии, одевался в крестьянскую одежду. Никто не догадывался о его происхождении.
При первом ударе колокола бросал любую работу и шёл в храм. Спал на голой скамье без подушки. Ночи проводил в молитве. В его келью нельзя было войти без Иисусовой молитвы — буквально. Стучишь молча — не откроет. Одна девочка читала молитву про себя, едва слышно. Дверь всё равно открывалась.
Исцелял он необычно — бил больного палкой по больному месту. Один мужчина приехал к нему издалека: дома умирала жена, врачи отказались. Едва вошёл на порог — старец ударил его палкой по голове и закричал: «Чего приехал? Твоя жена дома уже вареников наварила!» Мужчина уехал ни с чем. Дома застал жену здоровой — у плиты, с варениками. Исцеление пришло в тот самый момент, когда старец ударил его в Таганроге.
Молодому иеромонаху Дамиану Касатосу сказал однажды: «Ты будешь велыкый человек, такий, шо больший буть не може». Тот не понял. В 1897 году Дамиан Касатос стал Патриархом Иерусалимским и занимал этот престол больше тридцати пяти лет.
Перед смертью старец напевал послушницам одну фразу, смысл которой они не понимали: «Понесли Павла на могилу, а с могилы — да в собор». Они узнали, что это значит, через сто двадцать лет.
20 июня 1999 года, в день его прославления, десятки тысяч людей стояли под пятидесятиградусной жарой. В разгар Литургии на совершенно ясном небе — ни единого облака — вокруг солнца появился большой радужный круг. Стоял около часа. После службы из облаков над храмом сложился крест. А вода, которую разносили людям в тот день, — обычная жёсткая таганрогская вода из колонки — была сладкой. Все, кто пил, говорили об этом.
Мощи перенесли с кладбища в Свято-Никольский храм Таганрога — именно туда, куда он и указывал. Его слово было: «Мой куст никогда не будет пуст».
