К 200-летию М. Ю. Лермонтова Президентская библиотека оцифровала альбом 1941 года, наиболее полно отображающий судьбу и творчество поэта

15 октября 2014 года исполнится 200 лет со дня рождения поэта Михаила Юрьевича Лермонтова, одного из самых глубоких, загадочных и масштабных литераторов XIX века. То, что он прожил всего 27 лет, не помешало поэту постичь сакральную сущность России и природу препятствий на её историческом пути, заглянуть в самые потаённые закоулки русской души.В «лермонтовской» коллекции Президентской библиотеки собрано немало раритетов: книги мемуарного и исследовательского характера, документы и целый ряд произведений изобразительного искусства. Наиболее полной и драматургически выстроенной представляется электронная копия альбома «М. Ю. Лермонтов», выпущенного издательством «Искусство» в 1941 году. Сама дата выпуска говорит о том, что в трудную для Родины годину обращение к судьбе и произведениям великого поэта способно было консолидировать нацию, мобилизовать народ для отпора завоевателям и помогать ему стойко переносить все тяготы военного лихолетья. В начале издания размещены портреты родителей, неравный брак которых не принёс семье счастья… «Марья Михайловна, – читаем в альбоме воспоминания родственницы Лермонтовых, – была одарена душою музыкальною. Посадив ребёнка своего к себе на колени, она заигрывалась на фортепиано, а он, прильнув к ней головой, сидел неподвижно, звуки как бы потрясали его младенческую душу и слёзы катились по его личику. Мать передала ему необычайную нервность свою».Разгадка многих личностных и творческих особенностей художника кроется в обстоятельствах его детства, прошедшего вследствие ранней кончины матери в имении Тарханы, владела которым бабушка по материнской линии Е. А. Арсеньева. Она сама стала заниматься воспитанием внука, властно отстранив от участия в нём отца. Уже в Тарханах определился острый интерес Лермонтова к литературе и поэтическому творчеству. Тогда же он берёт в руки карандаши и сангину, чтобы сделать свои первые зарисовки. «Влечение к рисованию не покидало поэта до конца жизни, – рассказывается в альбоме «М. Ю. Лермонтов». – Когда бабушка, по воспоминаниям современников, из постоянного опасения за судьбу внука просила его не писать стихов и не рисовать карикатур, наделавших много шума в петербургском обществе, поэт говорил: «Что же мне делать с собой, когда я не могу так жить, как живут светские люди. Бабушка просит меня не писать больше стихотворений и не брать в руки карандаша, – не могу, не могу».К моменту написания облетевшего всю Россию стихотворения «На смерть поэта» Лермонтов был уже известным сочинителем. «Трагическая смерть Пушкина пробудила Петербург от апатии, – писал И. И. Панаев. – В городе сделалось необыкновенное движение… Извозчиков нанимали, просто говоря: «К Пушкину», – и извозчики везли прямо туда. Стихи Лермонтова на смерть поэта переписывались в десятках тысяч экземпляров, перечитывались и выучивались всеми». Правительство расценило стихотворение как призыв к мести, осознав его общественное значение, и корнет Лермонтов был сослан прапорщиком на Кавказ. Кавказ 30-х – начала 40-х годов XIX века был местом экспедиций царских войск для подавления восстания горцев. «Здесь находились лица весьма образованные и интересные, – вспоминали однополчане Лермонтова, – не последними среди них были и декабристы, которых в это время присылали на Кавказ рядовыми после пребывания в сибирской каторге или на поселениях». «На Кавказе… среди величавой природы со времени Ермолова не исчезал приют русского свободомыслия, где, по воле правительства, собирались изгнанники, а генералы, по преданию, оставались их друзьями».Бои в горах шли жестокие. «Я уверен, что ты получил письма мои из действующего отряда в Чечне, – писал Лермонтов своему другу А. А. Лопухину. – У нас были каждый день дела, и одно довольно жаркое, которое продолжалось 6 часов сряду. Нас было всего 2000 пехоты, а их до 6 тысяч; и все время дрались штыками… – вообрази себе, что в овраге, где была потеха, час после дела ещё пахло кровью». При этом, оказавшись в «горячей точке» и показывая необычайную личную смелость, Лермонтов продолжал оставаться поэтом, собирателем кавказских народных сказок и легенд, некоторые из которых легли потом в основание «Демона», «Мцыри», «Бэлы» и др. Именно на Кавказе в перерывах между боями Михаил Юрьевич написал лучшие свои полотна маслом и в технике акварели, карандашные зарисовки горных пейзажей и батальных сцен. Бабушка Лермонтова похлопотала за внука – и тому дали отпуск, он оказался в Петербурге, где его приглашали наперебой в лучшие столичные салоны. Между тем поэт строил собственные планы на дальнейшую жизнь. «Я всё надеюсь, милая бабушка, что мне всё-таки выйдет прощенье, и я смогу выйти в отставку», – писал он Е. А. Арсеньевой в мае 1841 года. «Лермонтов мечтал об основании журнала и часто говорил о нём с Краевским, не одобряя направления «Отечественных записок», – читаем у И. И. Панаева. Бенкендорфу, однако, не нравились литературные замыслы поэта, особенно желание основать журнал. Он вообще не хотел иметь в столице «беспокойного» молодого человека, на виду у всех становившегося любимцем публики.«Как-то вечером, – писал Краевский, – Лермонтов сидел у меня и, полный уверенности, что его наконец выпустят в отставку, делал планы своих будущих сочинений… На другое утро часу в десятом вбегает ко мне Лермонтов… и, схватив за борта сюртука, потряс так, что чуть не свалил меня со стула. «Понимаешь ли ты! Мне велят выехать в 48 часов из Петербурга!» Оказалось, что его разбудили рано утром и приказали покинуть столицу в дважды двадцать четыре часа и ехать в полк в Шуру. Дело его вышло по настоянию гр. Бенкендорфа…» Как писал А. И. Герцен, поэт поехал на Кавказ навстречу своему фатальному предвидению скорого финала: «Мужественная, грустная мысль никогда не покидала его чела, – она пробивается во всех его стихотворениях… К несчастью слишком большой проницательности в нём прибавлялось другое – смелость многое высказывать без подкрашенного лицемерия и пощады. Люди слабые, задетые никогда не прощают такой искренности…»Мартынов не простил. Лермонтов погиб на горе Машук в неумолимой и бессмысленной дуэли, так и не узнав о том, что командующий войсками на Кавказской линии и Черномории генерал-адъютант Граббе в рапорте от 3 февраля 1841 года за № 76 снова представил Лермонтова к награде – на этот раз не к ордену, а к «золотой полусабле». И в третий раз ему было отказано – уже после гибели поэта. В свете наступающего Года литературы электронная копия «лермонтовского» альбома поможет любителям русской словесности узнать новые факты биографии великого поэта из недоступных прежде источников. В электронных фондах Президентской библиотеки находится сегодня более 320 тысяч единиц хранения. Автор: Наталья Корконосенко ------------------ С уважением, Пресс-служба Президентской библиотеки-для "Молота"